Суд глух к реформам
«Институту недействительности сделок присуще немалое количество нерешенных вопросов, а применительно к сделкам, совершенным в процессе приватизации, их число с трудом подается подсчету... тем более что в свете последней законодательной инициативы Президента РФ данный вопрос приобрел новую и несколько неожиданную в правовом смысле актуальность». Так начиналась статья Л. Рябченко «Сложности оспаривания приватизации» в № 17 «эж-ЮРИСТ» за 2005 г. Инициатива Президента РФ состояла в сокращении срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки. Вскоре Законом от 21.07.2005 № 109-ФЗ были внесены изменения в ст. 181 ГК РФ, и срок исковой давности был сокращен с 10 лет до 3. По-видимому, предполагалось, что принятие Закона внесет в отношения участников гражданского оборота стабильность, однако к ней оказалась не готова судебная система.
В феврале 1997 г. в Саратове шесть физических лиц и два предприятия (московское ОАО и саратовское ГНПП) учредили закрытое акционерное общество. Саратовское предприятие (ГНПП, ныне — ФГУП) внесло в счет оплаты акций, распределенных среди учредителей при учреждении общества, имущество, находившееся у него на праве хозяйственного ведения. Остальные учредители передали в счет оплаты акций интеллектуальную собственность.

     В октябре 2005 г. ГНПП (ФГУП) предъявило к ЗАО иск, потребовав признать недействительным учредительный договор от 27.02.97; устав общества со всеми изменениями и дополнениями; госрегистрацию общества в ЕГРЮЛ; госрегистрацию права собственности на недвижимое имущество, переданное в счет оплаты акций; а также признать за собой право хозяйственного ведения на это имущество и истребовать его из незаконного владения ЗАО. К счастью для ЗАО, к этому моменту ст. 181 ГК РФ действовала в новой редакции и дело оставалось за малым — заявить в судебном процессе об истечении срока исковой давности. Стабильность гражданского оборота была бы сохранена судебной системой, но не тут-то было.

     Поле чудес

     Арбитражным судом Саратовской области 14.07.2006 исковые требования к ЗАО были удовлетворены в полном объеме. Было указано, что требования истца представляют собой «иск об устранении нарушений права на имущество и восстановлении нарушенных имущественных прав путем признания недействительным договора о создании, учредительных документов, государственной регистрации и права собственности на имущество незаконно созданного акционерного общества и приведения сторон в первоначальное положение», на которые срок исковой давности не распространяется на основании ст. 208 ГК РФ.

     Постановлением апелляционной инстанции от 17.10.2006 данное решение было отменено, в удовлетворении исковых требований отказано. При этом судебная коллегия признала неправомерным вывод суда первой инстанции о неприменении срока исковой давности в силу того, что в соответствии с основаниями иска, изложенными в исковом заявлении, требования истца основаны на нормах ст. 301, 305 ГК РФ и иск является виндикационным, а не негаторным, само имущество передано истцом ответчику на законных основаниях — в силу заключения сделки.

     Не согласившись с решением, истец обратился в кассацию. Постановлением ФАС ПО от 06.03.2007 установлено: исковые требования заявлены на основании ст. 12, 301, 305 ГК РФ и сводятся к применению последствий недействительности ничтожной сделки приватизации госпредприятия в виде истребования у ответчика имущества, внесенного в уставный капитал ЗАО. Судебная коллегия посчитала выводы суда первой инстанции недостаточно обоснованными, а выводы суда апелляционной инстанции — незаконными, дело вернула на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Вопрос о применении или неприменении срока исковой давности в Постановлении ФАС ПО правовую оценку не получил.

     Решением Арбитражного суда Саратовской области от 17.07.2007 исковые требования истца были удовлетворены частично: признан недействительным договор о создании в части включения в уставный капитал имущества ГНПП; признан недействительным устав в части включения в уставный капитал производственных площадей и оборудования; за ФГУП признано право хозяйственного ведения на имущество; признана недействительной госрегистрация права собственности ЗАО на объекты недвижимого имущества; имущество, внесенное в счет оплаты акций, истребовано из незаконного владения ЗАО в пользу истца.

     Суд посчитал, что сделка по учреждению общества ничтожна в силу того, что имущество отчуждено способом, не предусмотренным законодательством о приватизации, однако отклонил довод ответчика об истечении срока исковой давности, указав, что «имущество передано ответчику в момент учреждения по ничтожной сделке, в силу чего ФГУП является его законным владельцем. Требования истца направлены на устранение нарушений права и восстановление нарушенного вещного права ФГУП путем признания недействительными договора о создании, учредительных документов, государственной регистрации и права собственности на имущество, незаконно полученное акционерным обществом. На основании ст. 208 ГК РФ на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были связаны с лишением владения, исковая давность не распространяется».

     Апелляционная инстанция на этот раз оставила принятое решение в силе.

     О приватизации

     В судебном решении было указано, во-первых, что «ЗАО получило имущество истца… способом, не предусмотренным законом»; во-вторых, что «передача прав собственности на государственное имущество акционерному обществу могла быть осуществлена только в порядке приватизации… Правовых оснований для приобретения имущества другим способом (не путем приватизации), в частности на основании статьи 295 ГК РФ, не имелось».

     Таким образом, АО не может получить имущество от учредителя, то есть в силу сделки, как плату за акции, а унитарное предприятие может распорядиться принадлежащим ему имуществом, только если оно находится в процессе приватизации.

     Такой вывод не согласуется с п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 25.02.98 № 8 «О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в силу которого при разрешении споров, связанных с участием государственных или муниципальных предприятий в хозяйственных обществах и товариществах, необходимо руководствоваться ст. 295 ГК РФ. (При этом необходимо также иметь в виду, что предприятие, которому принадлежит имущество на праве хозяйственного ведения, вправе вносить его в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственных обществ и товариществ (создаваемых не в порядке приватизации другого предприятия) с соблюдением требований, предусмотренных данной статьей.)

     В момент учреждения ЗАО действовал Федеральный закон от 05.06.92 № 2930-1 «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации», которым не был предусмотрен такой способ приватизации, как внесение имущества в уставный капитал. Суд счел, что отчуждение имущества подобным способом было невозможно. Однако тогда действовала ст.295 ГК РФ, которая предусматривала распоряжение имуществом, находящимся на праве хозяйственного ведения. Таким образом, ГУП мог передать другому лицу указанное имущество в частную собственность не в порядке приватизации.

     Доводом в пользу того, что распоряжение госимуществом возможно не только в порядке приватизации, является и то, что как ст. 217 ГК РФ так и ст. 295 ГК РФ приняты законодателем одномоментно в одном нормативном акте и также одновременно применяются.

     Ни принятие ФЗ от 21.07.97 № 123-ФЗ «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации» , которым впервые в качестве самостоятельного способа приватизации было предусмотрено внесение государственного имущества в уставный капитал АО, ни принятие ФЗ от 21.12.2001 № 178-ФЗ «О приватизации государственных и муниципальных предприятий» не потребовало от законодателя отмены ст. 295 ГК РФ. Напротив, в ст. 3 ФЗ от 21.07.97 № 123-ФЗ указано, что его действие не распространяется на отношения, возникающие при распоряжении государственными и муниципальными унитарными предприятиями и учреждениями имуществом, закрепленным за ними на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.

     Таким образом, буквальное толкование норм закона позволяет сделать следующие выводы:

     в соответствии со ст. 295 ГК РФ унитарные предприятия вправе в любой момент распорядиться принадлежащим ему движимым имуществом, а с согласия собственника — и недвижимым;

     унитарное предприятие, включенное в прогнозный план Правительства РФ, может быть приватизировано путем внесения его имущества (в полном объеме) в уставный капитал хозяйственного общества.

     Только такой подход объясняет существование параллельно вышеназванных норм ГК РФ.

     ВАС РФ в своем Определении от 17.10.2007 №12471/07 указал, что в соответствии с подп.9 п. 2 ст. 3 ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» действие данного Закона не распространяется на отношения, возникающие при отчуждении государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными и муниципальными учреждениями имущества, закрепленного за ними в хозяйственном ведении или оперативном управлении.

     При этом ВАС РФ отметил, что п. 2 ст. 295 Кодекса и п. 2, 3 ст. 18 ФЗ от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» не исключают права предприятия продать принадлежащее ему на праве хозяйственного ведения недвижимое имущество с согласия собственника, если это не лишает возможности предприятия осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом предприятия. Итак, действующее законодательство прямо допускает внесение имущества ФГУП в уставный капитал.

     О способах защиты

     По мнению судей обеих инстанций, все заявленные истцом требования являются требованием об устранении нарушений права на имущество и восстановлении нарушенных прав путем признания недействительными документов о создании юрлица и регистрации права собственности на имущество, незаконно полученное акционерным обществом.

     Статья 12 ГК РФ предусматривает следующие способы защиты гражданских прав: признания права (истцом заявлено требование о признании права хозведения на имущество); восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (истцом заявлено требование об истребовании спорного имущества у ЗАО и признании недействительной сделки, последствием которой является приведение сторон в первоначальное положение); признания недействительным акта госоргана или органа местного самоуправления (истцом заявлено требование о признании недействительности госрегистрации юрлица, госрегистрации права на имущество).

     Вместо того чтобы рассмотреть конкретные требования, прямо изложенные в тексте искового заявления, сопоставить их со способами защиты, предусмотренными законом и избранными истцом, дать последним правовую оценку, суд необоснованно сделал вывод о том, что истец использует иной способ защиты, чем предусмотренный действующим законодательством (а именно применение последствий ничтожной сделки).

     Позиция по применению срока исковой давности к требованиям об устранении нарушений права федеральной собственности судом высшей инстанции определилась, что следует из Определения ВАС РФ от 08.10.2007 № 10204/07, в силу которого в требовании Росимущества об устранении нарушений права федеральной собственности отказано в связи с пропуском срока исковой давности со ссылкой на п. 1 ст.181 ГК РФ, согласно которому срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года со дня, когда началось исполнение этой сделки.

     В настоящее время в ФАС ПО подана очередная кассационная жалоба. Истечет ли наконец для ЗАО срок исковой давности по недействительной сделке и недействительна ли она вообще, покажет время. А само предприятие, на котором работает более 600 человек и выполняется оборонный заказ уже в течении двух лет, ждет: когда же инициатива Президента РФ дойдет до судебной системы?