Ловушка для заявителя
Все жалобы на действия милиции, а тем более следователей и прокуроров, хоть как-то связанные не только с производством по уголовному делу, но даже с возможностью его возбуждения, подлежат рассмотрению судом в порядке ст. 125 Уголовно-процессуального кодекса РФ, а не в рамках гражданского судопроизводства. Проблема в том, что в уголовном судопроизводстве заявитель оказывается в существенно худшем положении, чем в производстве по правилам Гражданского процессуального кодекса РФ и Арбитражного процессуального кодекса РФ.
Презумпция добродетели

Статья 249 ГПК РФ, ч. 3 ст. 189, ч. 6 ст.194, ч. 5 ст. 200, ч. 4 ст. 210 АПК РФ устанавливают, что на государственные органы, органы местного самоуправления, учреждения, организации и их объединения, на должностных лиц, государственных служащих, действия и решения которых обжалуются гражданином или организацией, возлагается процессуальная обязанность документально доказать законность обжалуемых действий (решений). При этом гражданин освобождается от данной обязанности. Таким образом, вводится презумпция вины должностных лиц при обжаловании их действий и решений.

Должностные лица, чьи действия обжалуются в порядке уголовного судопроизводства (по ст. 125 УПК РФ), не обязываются судами к доказыванию законности своих уголовно-процессуальных действий, поскольку в УПК РФ нет таких правил, и вообще их редко вызывают в судебное заседание. Согласно п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.02.2009 № 1 «должностные лица, чьи действия (бездействие) обжалуются, могут быть при наличии к тому оснований вызваны в суд для выяснения обстоятельств, связанных с доводами жалоб» (Бюллетень Верховного Суда РФ. 2009. № 4. С. 5). «Могут» значит не обязаны доказывать законность своих действий (бездействия). Фактически суд оценивает обоснованность жалобы гражданина, достаточность приведенных последним доказательств незаконности обжалуемых уголовно-процессуальных действий (решений), ограничения его прав.

К защите не годен!

В названном Постановлении Пленума ВС РФ, обобщающем практику рассмотрения жалоб в рамках ст. 125 УПК РФ, многократно подчеркивается, что судья не должен предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела. В Постановлении постоянно неисчерпывающим образом говорится, что не вправе исследовать судья. Подобная установка только закрепляет исторически сложившееся и никак не изживаемое при всех декларациях и изменениях принципов отечественного уголовного процесса (ст. 6, 15 УПК РФ) отношение российских судов к обвинению, защите и соответственно к делам указанной категории. Суд в российском уголовном процессе по-прежнему считает себя лишь завершающим звеном в уголовном преследовании. А потому дела, рассматриваемые по ст. 125 УПК РФ не с подачи, а против обвинения, для судей коллегий по уголовным делам что священнику жалобы прихожан на Бога. Пленум ВС РФ 10.02.2009 укрепил их веру. Теперь судьи могут все неудобное прокуратуре относить к вопросам, которые они не вправе предрешать.

Право собственности не для всех

Для иллюстрации неэффективности судебной защиты частного лица в уголовном судопроизводстве, в которое оно загоняется действующим российским законодательством, приведем такой пример.

Следователем одного из отделов следственного комитета г. Ульяновска 21.03.2008 была произведена выемка оборудования, принадлежащего ООО «П», находящемуся в г.Перми, на сумму 1 млн 599 тыс. 420 рублей по уголовному делу, возбужденному по признакам ст. 238 УК РФ «по факту незаконного производства и реализации товаров, не отвечающих признакам безопасности, совершенных группой лиц под видом ООО «В». ООО «П» в жалобе в Заволжский районный суд г. Ульяновска указало, что все оборудование приобреталось не у ООО «В», а у ООО «Н», к которому невозможно предъявить требования о продаже товара ненадлежащего качества, поскольку оборудование проверено на пригодность лабораторией г. Перми, имеющей свидетельство соответствующего органа Ростехнадзора. Предполагаемые преступники также не могут быть привлечены к гражданско-правовой ответственности, поскольку не состояли в отношениях с ООО «П». Пригодное для работы предприятия имущество изъято без юридических оснований с нарушением положений ч.3 ст. 35 Конституции РФ, п. 2 ст. 235 ГК РФ. О наложении ареста на имущество и других процессуальных действиях, связанных с его удержанием и нарушением имущественных прав в крупном размере, следователем не сообщалось, в том числе после обжалования его действий прокурору. Постановлением Заволжского районного суда г. Ульяновска от 25.06.2008 в удовлетворении жалобы отказано без ссылки на нормы права, по которым следователем и прокурором удерживается имущество.

Суд второй инстанции в Определении от 17.09.2008, оставляя кассационную жалобу ООО «П» без удовлетворения, подчеркнул, что его доводы о приобретении оборудования не у ООО «В», а у ООО «Н» не могут быть приняты во внимание, потому что об этом не было замечания в протоколе выемки (?!). Нормы права, на основании которых удерживается имущество предприятия, опять же не приведены. Доводы об исправности и пригодности оборудования для работы «могут быть рассмотрены только в ходе судебного разбирательства при рассмотрении дела по существу в суде первой инстанции» (вот суть рассмотрения жалоб по ст. 125 УПК РФ (!).

Когда этот суд состоится, тратиться ли на оборудование взамен изъятого, будет ли возвращено изъятое и в каком состоянии, что с ним делать, если взамен будет приобретено и установлено другое, и каким образом возмещать убытки? На все эти вопросы организация, никоим образом не причастная к расследуемому преступлению, но оставшаяся в связи с уголовным делом без оборудования, необходимого для замены на опасном производственном объекте, в уголовном судопроизводстве ответа не получит, а в арбитражный суд ей путь закрыт. Причем в уголовном деле законность выемки у организации, не выступающей участником уголовного судопроизводства (раздел II УПК РФ), рассматриваться не будет. В соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ «судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению».

Надзорные жалобы с этими доводами оставлены без удовлетворения Ульяновским областным судом (Постановление судьи от 23.12.2008 и Письмо Председателя суда от 30.03.2009) и Верховным Судом РФ (Постановление судьи от 22.05.2009).

Итак, без принятого в уголовном судопроизводстве решения о незаконности изъятия имущества у организации арбитражный суд не вынесет решение о взыскании с казны РФ ущерба на сумму 1млн 599 тыс. 420 рублей. А в уголовном судопроизводстве говорить о неприкосновенности собственности, ссылаться на нормы Гражданского кодекса об основаниях прекращения или ограничения права собственности, — пустое занятие.

Хитросплетением российских видов судопроизводств, направленных на обеспечение свободы действий органов предварительного расследования и на ограничение защиты от них, предприятие загнано в ситуацию невозможности защиты права собственности на изъятое и удерживаемое более 15 месяцев имущество без оснований, предусмотренных законом (ст. 235 ГК РФ), и даже без извещений о движении уголовного дела.

Еще одно проявление псевдозащиты

Свидетель, к которому применялись незаконные меры принуждения к даче показаний, ограничения личных прав в этих целях, не может обжаловать незаконность совершенных в отношении него действий с возложением бремени доказывания законности ограничения его прав в рамках главы 25 ГПК РФ на сотрудников милиции и следователей. А по ст. 125 УПК РФ он должен заведомо бесперспективно преодолевать презумпцию невиновности должностных лиц, что под силу лишь публичной власти, которая как раз и нарушила его права.

Наиболее тяжкий вред предприятиям и людям причиняется органами уголовного преследования, но не административной деятельностью. Однако защита от него допускается государством только в порядке ст. 125 УПК РФ, где возможности личности существенно ограничены по сравнению с административным судопроизводством как собственно процессуальными правилами, так и сложившейся судебной практикой. А значит, чем сильнее пострадал человек от злоупотреблений властью, тем сложнее ему добиться провозглашенных ст. 52 и 53 Конституции РФ правовой защиты и компенсации причиненного ущерба.

Процедура обжалования в порядке ст.125 УПК РФ — это изобретение для защиты произвола власти, превращающее энергию борьбы за права людей и организаций в щепки при расследовании уголовных дел.