Экономика без преступлений
Низкое качество законодательных актов рождает как сложноприменимые, так и, по сути «мертвые» нормы, которые на руку многим недобросовестным предпринимателям. МВД РФ, обладая правом законодательной инициативы, пытается изменить ситуацию, внося поправки в правовые акты. О том, какие вопросы требуют законодательного закрепления, рассказывает доктор юридических наук ИВАН НИКОЛАЕВИЧ СОЛОВЬЕВ.

     О практике применения статей 198, 199, 199.1 и 199.2 УК РФ сказано и написано немало — среди «экономических» статей УК РФ они по праву являются одними из наиболее популярных. Как Вы считаете, повлияет ли на уголовно-правовую квалификацию соответствующих деяний данная в решениях арбитражных судов оценка «недобросовестности» действий налогоплательщика? Надо ли вводить в уголовное право аналогичное по содержанию понятие?
— Действительно, «налоговые статьи» УК РФ относятся к разряду наиболее применяемых среди иных статей, устанавливающих ответственность за преступления в сфере экономики.

     На сегодняшний день основные усилия МВД России направлены на изменение статей 198, 199, 199.1 УК РФ, направленное на повышение эффективности их действия.

     В частности из примечаний к статьям 198 и 199 УК РФ предлагается исключить слова «за период в пределах трех финансовых лет подряд».

     Опыт применения вышеуказанных норм показывает, что толкование данной фразы вызывает значительные трудности как у представителей хозяйствующих субъектов, так и у сотрудников органов внутренних дел, прокуратуры, судей.

     Кроме того, использование в примечании к статьям 198 и 199 УК РФ слов «в пределах трех финансовых лет подряд» вступает в логическое противоречие с нормами Общей части УК РФ, устанавливающими сроки давности привлечения к уголовной ответственности, и не позволяет инкриминировать виновному лицу деяния, идентичные по признакам состава преступления преступным, совершенным в пределах срока давности привлечения к уголовной ответственности, но выходящим за рамки пресекательного трехлетнего срока.

     Данное несоответствие позволяет нанести существенный ущерб бюджету, но вследствие умышленного распределения сумм уклонения избежать уголовной ответственности.

     Из статьи 199.1 УК РФ предлагается исключить фразу «в личных интересах» и слова «и (или) сборов».

     Законодательство о налогах и сборах не возлагает на налогового агента обязанности по исчислению, удержанию и перечислению сборов.

     В этой части проект федерального закона, разработанный МВД России, направлен на устранение очевидного несоответствия указанному законодательству.

     Введение понятия добросовестности или недобросовестности применительно к исполнению конституционной обязанности каждого, коей является уплата законно установленных налогов и сборов, не кажется нам безупречным. Ведь существует еще целый ряд конституционных обязанностей (в частности, охранять окружающую среду, защищать Отечество). В таком случае уместно будет говорить о добросовестном или недобросовестном защитнике окружающей среды или защитнике Отечества.

     Бесспорно, понятия «добросовестность» и «недобросовестность» являются оценочными и не могут являться основаниями для ущемления прав и законных интересов субъектов предпринимательской деятельности. И тем более ни в коей мере не могут являться основаниями или критериями для привлечения к уголовной ответственности.

     Сегодня налогоплательщики все больше замечают повышенное внимание государства, причем не только в лице налоговых органов, к схемам налоговой минимизации.

     Налоговое планирование конкретного субъекта предпринимательской деятельности — это выбор оптимального, с точки зрения конкретного налогоплательщика, сочетания и построения правовых форм деятельности в целях снижения налогового бремени в рамках действующего налогового законодательства. Ведь не секрет, что каждый налогоплательщик по-своему видит пределы налоговой оптимизации. Для одних кажется целесообразным использовать все возможные средства и методы для снижения налогового бремени, они готовы подчас даже и рисковать, действуя «на грани фола», другие стремятся к стабильности и созданию добропорядочного и законопослушного имиджа, предпочитая относительно скромные, но надежные доходы, а другие вообще не используют большинство методов оптимизации (крупные иностранные компании), стремясь избежать возможных вопросов со стороны контролирующих и правоохранительных органов.

     Довольно интересным является вопрос изучения того момента, когда налоговая оптимизация перестает быть таковой и приобретает признаки налогового правонарушения или преступления.

     В случае наличия в действиях налогоплательщиков признаков, указывающих на составы налоговых правонарушений (раздел IV, глава 16 части первой НК РФ) или преступлений (ст. 198, 199, 199.1 и 199.2 Уголовного кодекса России), используемая схема оптимизации является нелегитимной. То есть главным отличием уклонения от уплаты налогов от оптимизации является противоправность первого явления и правомерность второго.

     В этом и заключается главное отличие налоговой оптимизации от уклонения от уплаты налогов. В первом случае налогоплательщик использует разрешенные или не запрещенные законодательством способы уменьшения налоговых платежей, то есть не нарушает законодательство. В связи с этим такие действия налогоплательщика не составляют состав налогового преступления или правонарушения, и, следовательно, не влекут неблагоприятных последствий для налогоплательщиков, таких как доначисление налогов, а также взыскания пеней и налоговых санкций. Во втором случае действия налогоплательщика образуют состав правонарушения или преступления.

     Таким образом, действия налогоплательщика, не нарушающие налоговое законодательство, не могут рассматриваться в качестве деяния, образующего состав налогового преступления.

     Известно, что статья 178 УК РФ на практике применяется редко, и то в основном в сфере мелкой розничной торговли, но не в сфере крупного или хотя бы среднего бизнеса. В чем причина того, что данная статья надлежащим образом не применяется?

     По статистическим данным МВД России, за 2004 год по ст. 178 УК (Недопущение, ограничение или устранение конкуренции) было зарегистрировано 16 преступлений. В 2005 году было зарегистрировано 11 таких преступлений.

     Одной из причин, снижающих эффективность действия нормы, предусмотренной статьей 178 УК, является неудачное использование в диспозиции данной статьи критерия определения преступных последствий недопущения, ограничения или устранения конкуренции.

     В настоящее время для привлечения к ответственности по данной статье необходимо доказать причинение крупного ущерба, что порождает многочисленные трудности, связанные с определением потерпевшего, а в особенности с доказыванием причинно-следственной связи между противоправным деянием виновного и наступившими последствиями для конкретного лица.

     В этой связи МВД России активно участвует в разработке и сопровождении законопроекта по внесению изменений в статью 178 УК РФ. Законопроект подготовлен рабочей группой, организатором которой является Федеральная антимонопольная служба. Проектом предлагается осуществить замену обязательного признака преступления в виде причинения крупного ущерба на признак «извлечение дохода в крупном размере». В настоящее время проект проходит правовую экспертизу в заинтересованных органах исполнительной власти.

     В ГД РФ внесен проект IV части ГК РФ. Среди критических замечаний в адрес проекта одно из наиболее часто встречающихся заключается в том, что с его принятием разрушится сложившаяся судебная и правоприменительная практика по уголовному преследованию за нарушение авторских прав и прав владельцев товарных знаков (ст. 146, 180 УК РФ). Насколько, по Вашему мнению, эти опасения оправданны?

     Нормы статей 146 УК РФ «Нарушение авторских и смежных прав» и 180 УК РФ «Незаконное использование товарного знака» основаны на бланкетном (отсылочном) способе построения диспозиций.

     Раскрытие терминов и понятий, используемых в данных статьях, содержится в специальном законодательстве, регулирующем оборот объектов интеллектуальной собственности.

     Любое изменение вышеуказанных специальных норм само собой влечет необходимость пересмотра оснований и порядка уголовного преследования за их нарушение.

     Однако мы считаем, что это нормальный процесс развития законодательства, учитывающего динамику и перспективу социально-экономической жизни общества и государства, позволяющий адекватно реагировать на происходящие изменения в определенной сфере правового регулирования.

     Необходимо отметить, что Федеральным законом от 3 июля 2006 г. № 98-ФЗ внесено изменение в часть 5 статьи 151 УПК РФ, в соответствии с которым предварительное следствие по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьей 146 УК, осуществляют не только следователи прокуратуры, но и следователи органа, выявившего данное преступление, в том числе и следователи органов внутренних дел (альтернативная подследственность). Данный Федеральный закон был разработан МВД РФ.

     При изменении законодательства все органы и подразделения системы МВД России своевременно получают необходимые аналитические и методические указания, позволяющие не допускать нарушения законности при решении поставленных задач.

     Широко известно, что почти любую крупную базу данных, ведущуюся каким-либо государственным органом (налоговой, таможенной службами, регистрационной службой, ЦБ РФ и т. п.) можно купить на т. наз. «черном рынке». Насколько Вы считаете перспективным применение статьи 183 УК РФ в отношении государственных служащих, допустивших подобное разглашение охраняемой законом информации?

     Отметим, что сейчас в торговле находится множество нелегальных копий информационных баз. Однако подавляющее большинство из них являются устаревшими, некоторые (незаконно копированные) теряют часть информации, содержавшейся в данных базах. Торговцы информацией со стажем уже имеют свою постоянную клиентуру из представителей служб безопасности коммерческих структур, частных охранных и детективных агентств, юридических и риэлторских фирм, посредников, сотрудников правоохранительных органов, которым иногда бывает проще получить интересующую информацию именно таким способом.

     Часть 2 ст. 183 УК РФ предусматривает ответственность за незаконное разглашение или использование сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну, без согласия их владельца лицом, которому она была доверена или стала известна по службе или работе.

     При условии доказанности всех признаков состава данного преступления государственные служащие, допустившие подобное разглашение, могут быть привлечены к уголовной ответственности.